barabashvv

barabashvv


Журнал живого человека


Previous Entry Share Next Entry
Башкирской деревне суд разрешил иметь собственные деньги - "шаймуратики"
barabashvv

Эксперимент продолжается. В федеральных новостях сообщили, что Верховный суд Башкирии разрешил жителям деревни Шаймуратово расплачиваться в сельских магазинах "шаймуратиками".

Для тех, кто не в курсе о чем речь, вкратце: речь идет о проекте так называемых "свободных денег". Инициатор проекта свободных денег в Башкирии, экономист Рустам Давлетбаев в 2010 году предложил попробовать эти идею "свободных денег" сформулированную около ста лет назад Гезеллем, в качестве антикризисного средства своему бывшему деловому партнеру Артуру Нургалиеву – собственнику и генеральному директору ООО «Шаймуратово», которое, как и многие другие развивающиеся российские хозяйства, попало с началом кризиса в тиски долговых проблем. Сама суть «естественного экономического порядка», предложеной Гезеллем заключается в следующем - традиционная финансовая система наделяет деньги функцией сбережения и базируется на ссудном проценте. В этой системе товар ищет деньги, а главной ценностью является капитал. В «естественной» системе Гезелля не остается места ссудному проценту, зато все текущие пользователи денег должны регулярно передавать их эмитенту небольшую сумму – плату за пользование деньгами. Такие деньги с отрицательным процентом (или т.н. демерреджем) – сами ищут товар, а главной ценностью в этой системе становится человеческий труд.

Интеллектуальную поддержку этому проекту оказывали и продолжают оказывать известные российские эксперты: экономисты, авторы теории структурного кризиса современной финансовой системы Михаил Хазин и Олег Григорьев, а также доктор искусствоведения, профессор МАРХИ, директор Института продвижения инноваций Общественной палаты РФ, завкафедрой управления территориальным развитием АНХ при правительстве РФ Вячеслав Глазычев.

ООО «Шаймуратово» – это 250 работников и 8 тысяч гектаров нечерноземной земли. После того, как в 2006 году Артур Нургалиев выкупил оказавшееся на грани банкротства хозяйство, за три года были восстановлены севооборот и животноводство. Сегодня в Шаймуратово выращиваются основные виды зерновых, свекла, открылась ферма племенного крупного рогатого скота, начало развиваться овцеводство.

– Шаймуратово идеально подходило для проекта: работники хозяйства – они же – покупатели принадлежащих хозяйству магазинов, – рассказывает Рустам Давлетбаев. – С одной стороны, перед началом эксперимента зарплата работников регулярно задерживалась на 3,5–4 месяца, с другой стороны – в торговле сконцентрировались товарные остатки. Естественно, покупателям и продавцам надо как-то выживать. Работник приходил в магазин, делал запись в долговой тетради и забирал в счет зарплаты нужный товар. Правда, когда приходил день зарплаты, многие обнаруживали, что еще остались должны магазину. Типичная для современного российского села история… Напрашивалась идея: заменить долговую тетрадь товарными талонами. Работнику не придется каждый раз лично расписываться в долговой тетради: за него могут ходить в магазин и родственники. А главное: он всегда будет знать, сколько денег у него реально остается на руках.

«Талоны Давлетбаева», как именует местную «валюту» «Википедия», появились в селе в мае 2010 года. Перед этим Давлетбаев объездил все хозяйство и объяснил каждому работнику, какую пользу принесут ему талоны. Практически каждый дал индивидуальное письменное согласие получать 20% зарплаты талонами (отказались – двое работников из 250). Хочешь получить больше талонов – пожалуйста, только напиши заявление, что берешь ответственность на себя (не успеешь потратить талон за 28 дней – потеряешь 2% от их стоимости). Но, как показала практика, многие охотно пользовались этой возможностью, поскольку большую часть года в кассе хозяйства – дефицит рублей, а рублевое насыщение наступает только по осени.

Потери от демерреджа несет тот, у кого на руках остались талоны на момент объявления демерреджа: либо работник, либо магазин, либо хозяйство. Забегая вперед, скажем, что основной груз демерреджа лег на хозяйство: в среднем, 73% от объема финансовой амортизации.

За год работы системы выяснилось, что работники «пострадали» на 19% от суммы демерреджа (в общем-то, немного: 8,9 тысяч рублей в год на все село – от инфляции потери бывают и больше). «Расторопнее» всех оказалась торговля: для нее демерредж составил 8% или 3,7 тысяч рублей, что можно приравнять к торговой скидке, которая в итоге принесла хороший товарооборот.

– Поначалу, система работала, так сказать, «с сомнением», – говорит Давлетбаев. – хозяйство выпустило товарных талонов на 180 000 рублей. Первые месяцы работники брали талонов только на 100 000 в месяц. Присматривались. Зато уже к концу 2010 года товарооборот наших магазинов только по товарным талонам достиг 600 000 рублей – т.е. коэффициент оборачиваемости талонов составил 3,3 в месяц. А к марту 2012 года ежемесячный товарооборот по одним лишь талонам достиг 1,3 млн рублей. Для сравнения: общая рыночная стоимость ООО «Шаймуратово» составляет 315 миллионов.

Согласно системной формуле, которую разработал Рустам Давлетбаев, доля товарооборота за талоны в магазинах не должна была превышать 20% от совокупного товарооборота, включая рублевый. Таким образом, были достигнуты две цели:

1. Цены на товарные талоны были связаны с рублевыми ценами, и это не давало возможности магазинам необоснованно завышать стоимость товаров, реализуемых за талоны;

2. Торговая наценка рублевого товарооборота позволяла сохранять объем товаров и ассортимент в магазинах.

Итак, товарный кризис в селе закончился. Работники получили возможность приобретать за талоны, наравне с рублями, продовольственные и хозяйственные товары первой необходимости в двух магазинах и на двух складах хозяйства («Их «корзина» аналогична ассортименту сети дискаунтеров «Пятерочка», – поясняет Давлетбаев), а также хозинвентарь, корма, солому и т. д.

Кроме того, «талоны Давлетбаева» вызвали целый каскад положительных экономических и социальных эффектов.

– Неслыханное дело для российского села: хозяйство начало платить людям аванс (демерредж к этому подталкивает), – говорит Рустам Давлетбаев. – У людей появился дополнительный стимул работать, производительность труда стала расти (в среднем, на 50– 60%). В окрестных селах товарооборот в торговле падает, в Шаймуратово – растет (только в первые три месяца он вырос более чем на 50%). Многие работники впервые за долгое время смогли расплатиться талонами по долгам с односельчанами (как правило, теми, кто получает зарплату из бюджета) – и буквально за три-четыре месяца была снята накопившаяся социальная напряженность, стало меньше бытовых конфликтов. Талоны стали принимать в качестве оплаты и местные таксисты, и предприниматели, продающие пиломатериалы, и бабушки с подворья, предлагающие молоко – то есть начала оживать местная экономика в целом. Пошло на спад пьянство. Ведь известно, от чего пьет деревенский мужик: жена пилит, что денег в дом не несет – хотя, кажется, работает он не меньше и не хуже других… Я периодически интересуюсь у людей, что они думают о проекте. Говорят: «В других хозяйствах денег не платят – а у нас заботятся, чтобы всем было хорошо. Жаль, конечно, что талоны дешевеют – но это терпимо».

На сегодняшний день Рустам Давлетбаев делает для себя три вывода.

Первый вывод: система Гезелля и в России ведет к росту местной экономики и решению социальных проблем.

Второй вывод: система Гезелля – замечательный инструмент повышения финансовой грамотности населения в отечественных условиях.

– Часто слышу: жители постсоветских стран плохо живут, потому что плохо считают деньги, – говорит Давлетбаев. – Но легко об этом говорить жителям западных стран, где инфляция стабильно держится на уровне 2–3% в год. Отечественная статистика, связанная с инфляцией, давно стала черной дырой, не позволяющей ничего прогнозировать. Но мои опросы показывают: едва мы включили демерредж, люди начали очень четко планировать, когда, сколько и на что потратят. А когда появляется планирование на частном уровне – можно заниматься макропланированием.

Третий вывод: деньги с демерреджем не конкурируют с «кредитными» деньгами, а дополняют их.

– Каким образом?

– Если положить перед работником рубль и товарный талон – конечно, тот выберет рубль. Но когда территория недофинансирована – товарный талон становится замечательным антикризисным инструментом. Представьте себе, что экономический потенциал территории составляет условные 1000 рублей, а внешнее финансирование – всего 800 рублей. Следовательно, территория не произведет товаров и услуг на 200 рублей. Да, на территории будут возникать стихийные бартерные цепочки, но они не смогут эффективно разрешить кризис недофинансирования: в бартере участвуют только две стороны, да и подобные сделки складываются слишком медленно. Когда же вводишь финансовый инструмент с демерреджем – этот инструмент извлекает не реализованный экономический потенциал на эти 200 рублей.

Прокуратура Башкирии попыталась было отменить хождение валюты, рассказывают "Вести". Но предприниматель подал апелляцию, и на его сторону встал Верховный суд республики, легализовавший "шаймуратики".

Еще более подробно можно прочитать здесь: "Идеи из будущего".


  • 1

Итак, товарный кризис в селе закончился.

Это был не товарный кризис, а тупо денежный.

Но если так начнут поступать массово - денежная система России будет в бедственном положении.

Кста, какие-нибудь новости об этом дальнейшие есть?

  • 1
?

Log in

No account? Create an account